?

Log in

No account? Create an account

February 10th, 2008

una storia comune

НИКАКОЙ РОМАН

 

Май. Суббота. Большая компания. Однокурсница. Первый раз познакомились, хотя до этого замечали друг друга в коридорах и на лекциях. Пошел ее провожать. Постояли у подъезда. В понедельник не увидел ее на лекции и вечером позвонил, раздобыв телефон у ее подруги. Договорились погулять в среду после занятий. Зашли в Пушкинский музей. Она тоже любит немецкую живопись XVI века - как хорошо! И сама она такая хорошая, милая, умная, негромкая.

В четверг пили сок в магазине у мраморного прилавка. Ходили под руку. Говорили о литературе и вообще о прекрасном и высоком.

В пятницу долго стояли у ее подъезда. Пошел дождь, зашли вовнутрь. Стали целоваться. Потом целовались и обнимались на скамейках в теплых темных сквериках. Целый месяц, наверное.

 

В конце июня мои родители переехали на дачу.

Первый раз после долгих объятий и поцелуев она ушла. Второй раз тоже ушла, в десять вечера, несмотря на все мои страстные старания и ласковые уговоры. Но вдруг, в половине двенадцатого, позвонила - "хочешь, я приду?" (оказалось, ее папа с мамой уехали к родным с ночевкой, а старший брат пообещал не выдавать). Пришла. Прошел месяц.

 

В августе она уехала на юг. Писем не было. Увиделись первого сентября. Вечером пошли гулять, опять пили сок в магазине. Зашли в подъезд. Стали целоваться.

- Знаешь, я должна тебе сказать… – вдруг начала она.

- Знаю, знаю, - сказал я.

- Кто сказал? - она выдернулась из объятий.

- Никто. Я просто чувствую, - сказал я.

- Отлично, - сказала она. - Я тоже все знаю. И чувствую, и вообще.

- Понятно, - кивнул я.

- Вот и хорошо, - сказала она.

Ну, хорошо так хорошо... До свидания, спасибо, всем всего хорошего.

 

Безо всяких трагедий и тем более фарсов. Удачно встретились, радостно провели два-три месяца, спокойно расстались. Маленький обыкновенный роман. Чем же он отличается от необыкновенного? А вот чем. Он идет и проходит складно, мягко, ни для кого не обидно. Полная взаимность прав и обязанностей. Никакой асимметрии чувств.

 

Поэтому полноценный обыкновенный роман - штука довольно редкая. Слишком много требований. Лучше его назвать не обыкновенным, а холодновато-идеальным. Стандартно-бесстрастным. Никаким.

ОРДЕН ПОДВЯЗКИ

 

Зима. Гости. Помню мужчин, хорошо одетых, в тяжелых шерстяных костюмах, белых рубашках с галстуками, в начищенных ботинках. Брюки на подтяжках.

Но когда такой джентльмен сидел, закинув ногу на ногу, то из-под брючины видны были короткие носки, бледный кусок ноги и линяло-голубой край кальсон.

Зимой джентльмены носили также теплые майки. Трикотажный рукав такой майки, тоже линяло-голубого цвета, виднелся, бывало, из роскошной отворотной манжеты с золотой запонкой.

 

Кофточки! Это была революция. Шаг к свободе: на смену платью пришла юбка и кофточка. "Ей муж из Венгрии привез пять кофточек". - "Ну и что? У NN двенадцать кофточек!" Московские дамы считались кофточками, как ирокезы – скальпами.

 

Галоши и мужские боты я едва застал. Хотя нет! Помню латунную монограмму хозяина на малиновом сукне галошного нутра. Это был старик в длинном драповом пальто с накладными карманами и каракулевым воротником. Разумеется, профессор.

А боты были у меня у самого. Суконные, на резиновой подошве. Надевались сверху на ботинки. Удобно. Тепло и не сыро. Но вид ужасный.

 

Женских сапог тогда не было.

Женщины носили зимние ботиночки. И рейтузы со штрипками. Где они переодевались, бедняжки? Но переодевались, однако. Доставали из сумок завернутые в газету (да! да!) гостевые туфельки. И появлялись в сияющих чулках.
 

Я совсем не застал мужских подвязок для носков. Видел в театре: комический атрибут. Они застегивались вокруг голени ближе к колену – икра не давала им сползти. А далее к носку шла собственно подвязка с мягкой защелкой.

Но женские чулки всегда носились с поясом и подвязками. Подвязок было по две, а то и по три на ногу. Подвязки рельефно выступали под тугой юбкой. Это было отчасти даже соблазнительно.

 

Мне пятнадцать. Мы с подружкой целуемся, погасив свет. Я ее обнимаю весьма дерзко. И вдруг изумляюсь. Чулки на ней есть, а пояса с подвязками нет. Наваждение. Осторожно спрашиваю:

- Что это у тебя?

Она отвечает:

- Колготы.

Я не расслышал. Показалось "колхозы". Я засмеялся. При чем тут колхозы? Она повторила:

- Колготы. Такие новые чулки-рейтузы.

Третья революция. После кофточек и сапог.