?

Log in

No account? Create an account

February 14th, 2008

где резной палисад

ДАЧНОЕ. CROQUIS

 

Меня вообще на многих дачах оставляли "посидеть", пока родители в Москву съездят. Штук пять таких временных пристанищ было. Или больше. Все очень разные. Обстановку (в смысле интерьер) помню отлично. Не только где меня дитятею оставляли, но и вообще. Были трехкомнатные финские домики. Были четырех-, пяти- и шестикомнатные дома (типовые проекты). Были и нетиповые.

 

Помню роскошный и стильный дом Дыховичного (потом - Твардовского). Огромная гостиная с камином. Кабинет с ковровой дорожкой от стола к двери. Кто-то из друзей зашел и сказал: "Здрасссте, ваше высокопревосходительство!" Д. тут же убрал дорожку.

Дом его соавтора Слободского (потом - Юрия Трифонова; дом уже снесли). Красивая лестница посреди гостиной.

 

Дом Матусовского, массивный, немного аскетичный, в послевоенном стиле.

Дом Антокольского, с бесконечными картинами и скульптурами его жены Зои Бажановой.
Дом Мироновой и Менакера
– одноэтажный, картиночный, как из модного журнала домик. Полочки, тарелочки, красные крученые свечи.

 

Дом Нагибина - будто дом-музей его самого, с портретами хозяина в рамках красного дерева на столиках того же дерева, и вообще сплошной очень дорогой антиквариат, про который Юрий Маркович говорил мне: "Понимаешь, но это же не просто баловство (он произносил "бауоуство"), а часть жизни!"

 

Дом Романа Кармена - простой финский домик с роскошными авторскими фотографиями на стенах.

Дом иллюстратора Ореста Верейского – весь второй этаж превращен в одну комнату-мастерскую. На низких стеллажах альбомы с репродукциями. Я в 12 лет часами рассматривал рисунки Матисса.

Дом драматурга Симукова – простой, немаленький, но уютный. Лампа над письменным столом свисала с потолка на крученом по-старинному шнуре.

 

Дом эстрадного автора Владимира Масса, увешанный самодеятельными, но милыми картинами-гуашами хозяина.

И дом прекрасного писателя и редкостного человека Владимира Тендрякова. Кабинет, забитый книгами. Там я, сидя на полу, прочитал "Заратустру". Или мне показалось, что прочитал.

Всех не перечислишь.

 

Дом, в который я (и, наверное, никто не заходил) – языковеда академика Виноградова. Самый большой в поселке – тогда. По проекту Жолтовского. С колоннами. Плохой архитектор был Жолтовский. Эпигон.

Экскурсия

ДАЧНОЕ. ВНЕЗАПНЫЙ ПАМЯТНИК

 
 

Вот новообустроенный канализационный люк. Как видите, он оборудован железной перекладиной с двумя стальными замками.

Памятник радистке Кэт. Фигушки вылезешь из такого люка.



 

Этот же люк, но в другом ракурсе.

Обратите внимание на белые шары фонарей вдали. Это ворота дачи покойного Юлиана Семенова. Странные бывают сближения

Сам же люк - у забора новопостроенной дачи госпожи Аллилуевой (бизнес-леди). Она - родственница Наденьки А. Интересно также, что мужа госпожи Аллилуевой зовут Михаил Ромм. Он внук великого режиссера, автора "Ленина в октябре" и его же, но в 1918 году.

Его дедушка (так сказать, Мих. Ромм-старший) жил на той же аллее. Идти направо, но по левой стороне. Теперь этой дачей владеет Э. Рязанов. Еще интереснее, что совсем напротив люка – то есть напротив дачи г-жи Аллилуевой и Ромма-младшего (видите темный забор под еловыми лапами?), находится дача покойного Алексея Каплера (автора сценариев означенных фильмов и возлюбленного Светланы А.) Там же, в гараже, покончила с собою жена Каплера поэтесса Юлия Друнина.

необходимые уточнения

 ДАЧНОЕ. БЫТ

 

Почему-то все говорили – "дача на Пахре", хотя поселок был на 36 км. Калужского шоссе, а Красная Пахра – на 45 км. Поселок был основан в 1952 году (в отличие от Переделкина, которое было еще до войны). Начерно построен – к 1958, наверное. Сначала не было асфальтовых дорог и водопровода.

 

Великолепные ванные комнаты и сортиры пустовали. Каждый день приезжал на своей бочке, запряженной слепым конем Русланом, водовоз дядя Петя. Объезжал все дачи, и жители набирали по два – четыре ведра воды. Дяде Пете совершенно добровольно помогал Ваня Дыховичный. За два сезона таскания ведер он стал настоящим силачом - мускулы так и играли.

 

На дачах было водяное отопление с угольными котлами. У всех на заднем дворе была куча антрацита и куча шлака.

Газ был привозной, в баллонах. Воду подвели (и обновили, наконец, ванные с сортирами) несколько позже. Магистральный газ – еще позже. Газовые водогрейные колонки ставили с осторожностью. В некоторых домах до 70-х были огромные дровяные колонки. У нас тоже такая была.

 

Телефон стоял у отдельных особо отмеченных товарищей. Может быть, у десяти человек из шестидесяти. Но зато посредине поселка стоял домик под названием "контора". Там сидел бухгалтер, заседало правление. У каждого дачника был ключ от прихожей этой конторы. Там стоял общественный телефон. По вечерам люди ходили звонить. Через "восьмерку". Соединялось не всякий раз. Очередь стояла человек пять. Ирочка Матусовская звонила своему мальчику и громко кричала в трубку слова любви и неги. Описывала, как она без него скучает. Ему, наверное, было плохо слышно. Она говорила по буквам. Ее никто не торопил.

 

Электричка к нам не ходила. Доехать можно было на машине. Или на автобусе. От остановки 2 км пешком. Из них треть пути – через лесок. Никто не боялся. Даже поздним темным вечером. Не знаю, почему. Шли себе безмашинные граждане и гражданки с кошелками, и ничего.

катастрофы микромира

ДАЧНОЕ. SIC TRANSIT

 

Дача Юрия Нагибина была не самой большой, но самой роскошной в смысле внутреннего убранства и устройства. О мебели, лампах, картинах, статуэтках я уж не говорю.

Он первым в поселке построил второй санузел при спальне на втором этаже.

Красивая лестница на второй этаж – такая широкая, что без перил.

Веранда со сплошным зеленым ковром и стеклом в пол, за которым был тщательный газон. Красиво и нереально – для наших широт, по крайней мере.

 

Вот что с ним сталось. Алиса Григорьевна продала его. Новый хозяин будет строить нечто новое (снято 13.10.2007).

Кому сейчас нужен маленький домик всего в пять комнат? Смешно.