?

Log in

No account? Create an account

March 10th, 2008

КАСТОВОЕ ЧУВСТВО

 

Помню одного мальчика, из очень высокопоставленной семьи. Даже из двух высокопоставленных семей – смешно, но так оно и было: внук двух министров. Он со мной дружил, потому что я - "сын известного писателя" - был худо-бедно равен внуку министра. А может, и не худо-бедно, поскольку в то время творческая интеллигенция высоко ценилась. Уж выше, чем сейчас, ясное дело.

 

Однажды он сказал, что познакомился с интересным парнем, сыном генерала. Познакомил меня с ним. Ну, парень как парень. Немножко нахальный, напористый, но ничего. Вот мы с этим сыном генерала как-то встретились в метро, чтобы идти в гости к тому, первому. Который внук министров. Обо всем, кстати, было заранее договорено. Вот мы входим в подъезд, а там серьезный такой лифтер:

- Вы к кому, молодые люди?

- К такому-то.

- Хм. Да его дома нет.

- Не может быть! - говорим мы чуть не хором. – Мы утром договаривались!

- Очень может быть, - разводит руками лифтер. – Но сейчас его нет дома.

- Это ошибка,  - говорю. – Пожалуйста, если нетрудно, позвоните и узнайте.

- Пожалуйста, пожалуйста.

Набирает номер. Выясняется, что того действительно нет дома. Задержался на дополнительных занятиях. А оттуда поедет к другой бабушке.

- Извините, - растерянно говорим мы.

- Пожалуйста, пожалуйста.

 

Вышли, пошатались по улицам, разошлись.

Только захожу домой – звонок.

Звонит мой дважды министерский внучек. Очень извиняется, что поставил меня в неловкое положение. Потому что меня он любит-ценит-уважает, а вот с этим генеральским сыном, общаться не желает. Почему? А потому что тот все наврал. Нет такого генерала, с такой фамилией. "Откуда знаешь?" - "А я специально у дедушки спросил". И предостерег меня: "Ты с ним не водись, потому что он вообще подозрительный тип, ты прости, что я тебя с таким аферистом познакомил".

 

Я не бросил трубку сразу, к сожалению. Но общаться с ним перестал.

Потому что тот парень, конечно, не был аферистом. Все проще и социально обидней: мой дружок при знакомстве вывалил новому приятелю все свои семейные регалии. А тот выдумал себе папу-генерала, в ответ на дедушку-министра.

 

Выходит, я оскорбился за другого человека. Но, наверное, во мне этот блюститель кастовой чистоты тоже будил какую-то сословную неприязнь. Потому что я всякий раз – боже мой, всякий раз! – с чувством глубокого удовлетворения вспоминаю, что из него ничего не вышло, не догнал он своих дедушек, даже близко не подошел.

Как это, однако, дурно и злобно с моей стороны.