?

Log in

No account? Create an account

April 10th, 2008

бывшая масленица

РАЗГОВОР С ГОСПОДОМ О БЛИНАХ

 

У Аверченко есть рассказ про мальчика, который слышит, что завтра будут блины. Он не знает, что такое блины. Он думает, что это какое-то необычайное событие, и в честь этого события – какое-то необычайное блюдо.

В самом деле: кухарка мечется, горничная бегает в магазин, мама дает указания, всё чистится и моется, накрывается стол, зажигаются свечи, приходят красиво одетые гости, конфеты-букеты, поцелуи-приветы, просто великий праздник! И вот приносят блины. "О! Блины!" - радостно кричат взрослые, они толпятся вокруг стола, накладывают, наливают, нахваливают.

А мальчик громко плачет. Его окружают, гладят, утешают, спрашивают, в чем дело.
- Они круглые! - рыдает мальчик. - И тестяные!

Проще говоря, оладушки. И все. И фунт дыма.

 

Грандиозная в своей банальности (или банальная в своей грандиозности) проблема. Волшебные блины оказываются простыми оладушками. Ну, не совсем простыми. Чуть больше размером. Чуть пористей. И шуму вокруг больше. Можно сказать пошлость: один видит в праздничных блинах будничные оладьи, другой и в будничных оладьях может рассмотреть праздничные блины. Но как все это скучно... Господи, почему такая тоска?

 

- Господи, слышишь ли?

- Слышу, слышу, - психотерапевтичным голосом отвечает Господь.

Не сам, конечно, а его голос, записанный на автоответчик. Ибо подобных стенаний возносится к небу столь великое множество, что у Господа Бога нет физической возможности ответить лично каждому.

- Слышу, слышу, - отвечает Господь. - Оставьте ваше подробное сообщение, и с вами обязательно свяжутся.

Когда? Когда в глазах померкнет свет и дух покинет плоть? Или все-таки раньше, когда блины не будут превращаться в кусочки сыроватого горячего дрожжевого теста, а останутся праздником, который хоть и не всегда, но все же с тобой?

Сплошные вопросы.

- Если у вас есть дополнительные вопросы, нажмите единицу в тоновом наборе или дождитесь ответа оператора.

Но оператор - тоже запись. Он тоже предложит оставить свои вопросы и пообещает связаться. Во благовремении.

 

В старинной Большой Советской Выездной Анкете был замечательный финальный пассаж: "Если у вас есть ответы на вопросы, которые здесь не заданы, напишите их на отдельном листе (листах) и вложите в данную Анкету".

Список вопросов не заданных, но бьющих в точку! - тут же возникает в испуганной голове. И уже не до блинов. 

рассказ моего приятеля

ТЕЗКИ ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ

 

Он резал колбасу и говорил:

- А я тут с Ленкой повидался. Двадцать лет прошло, обалдеть можно. Помнишь Ленку?

- Редкое имя, - сказал я.

- Привет тебе! – сказал он. – Из третьего подъезда. А ты что, к ней не кадрился?

- Нет.

- А я подкадрился, - вздохнул он. – Классная была девочка. И сейчас ничего. Давно замужем, сын – студент… Я говорю: "Как сына-то звать?" Она говорит: "В честь отца". Я говорю: "Ну, и как мужа твоего звать?" Она говорит: "Муж у меня Олег Андреевич, а сына я назвала Димой. В честь отца". И на меня смотрит, прямо в глаза.

- Ничего себе! - я даже присвистнул.

- Вот то-то и оно, - сказал он.

- Хоть на парня поглядел? – сказал я.

- Нет. А зачем?

- Ну, просто, - сказал я. – Взрослый сын, обалдеть. И вообще родная кровь.

- Зачем зря расстраиваться? - сказал он, сгружая колбасу на тарелку и принимаясь за помидоры. – Зачем парня расстраивать? Вообще я не верю в голос крови.

- Правильно не веришь, - сказал я. – Врет она. Мне она то же самое говорила.

- Что? – спросил он.

- То, - сказал я . – Такими же словами. Сына в честь отца, Димой. И в глаза смотрит. Мы же тезки с тобой, ты что, забыл? Классная была девочка, верно. И сейчас тип-топ.

- Ты же сказал, - он развалил помидор надвое, - что к ней не кадрился…

- Я не кадрился, - сказал я. – А она подкадрилась. Ты чего надулся? Она всем врала, тебе и мне тоже.

Он двинулся на меня. Столик уронил, колбаса на пол. У него сносило крышу, прямо на глазах. Здоровый такой бык, накачанный. И нож в руках. Что я должен был делать? Что? Хорошо, там на полу гантели лежали. Едва извернулся, тюкнул и ушел.

 

Через годик не стерпел, позвонил Ленке. То да се, как муж, как сын, как вообще. И, кстати, как наш общий друг Димочка, если, конечно, помнишь.

- Помню, - говорит.

- Давно, - говорю,  - его не видел. Лет двадцать, наверное. Как мы со старого двора разъехались, не видел. Жив или как?

- Или как, - говорит. – К сожалению.

- Ничего себе! - я даже присвистнул. – А такой вроде здоровяк был.

- Да при чем тут. Убили твоего тезку. Нашли на квартире. Криминальные разборки.

- А что, он бандитом стал? – говорю.

- Да нет. Это у ментов отмазка такая. Чтобы не искать.

- Понятно. Сыну рассказала? – ляпнул, сам не знаю зачем.

- Дурак ты, - она засмеялась и трубку бросила.