?

Log in

No account? Create an account

July 13th, 2008

ЧУДО

 

Мешая английский с итальянским, старик Альфредо Z, оперный дирижер, рассказал мне эту историю, сидя в уличном кафе на Piazza Rotonda:

 

"Дело было в провинциальном оперном театре.  Ставили "Риголетто". У нас была неплохая труппа. Приличные голоса. Особенно наша премьерша, синьора Амалия N. Вполне качественное сопрано. На нее были хорошие рецензии. И вот – долгожданные гастроли в Риме. Честно скажу, я надеялся на успех. Приезжаем, несколько дней готовимся, репетируем. Вечером спектакль, и вдруг – гром среди ясного неба! Наша Джильда, наша примадонна, наша надежда – заболевает. За полчаса до представления. Острая ангина. Врач разводит руками. Да я сам вижу – лихорадка, и едва сипит.

Срочная замена? Нет замены. Джулия R. на сносях. Хороша была бы Джильда! Наплевать. Звоню – синьора изволит рожать. Отменять спектакль? К театру уже подкатывают автомобили. Зрители неторопливо входят в фойе, направляются к буфету. До спектакля двадцать минут. Приличные люди в такой ситуации стреляются, но я вырос на Сицилии и с детства не выношу пальбу.

В отчаянии прохаживаюсь по сцене.

И вдруг ко мне подбегает гримерша, совсем юная. Лет семнадцати.

- Синьор, - говорит она. – Я выйду на сцену. Я спою Джильду!

- Вы?

- Я, синьор. Я слушала эту оперу много раз. Я преклоняюсь перед синьорой Амалией. Я выучила эту партию наизусть! О, сколько раз я повторяла ее дома!.. Синьор, я беру уроки пения! Я не подведу вас, синьор! Позвольте мне выйти на сцену. Позвольте мне спасти наш театр!

Я посмотрел на нее. Она вся дрожала от восторга и вдохновения. Казалось, сама музыка поселилась в ней. Каждая черточка ее лица пела, каждый ее жест звучал!

Я едва успел предупредить труппу".

 

Старик завозился с потухшей сигарой. Зажег ее снова, оживил огонь под серым колечком пепла, пустил терпкое облачко дыма, откинулся на кресло и посмотрел на меня.

- Ну и как? – спросил я.

- Ужасно, - сказал старый дирижер. – Вернее сказать, никак. Она не фальшивила. Справлялась с трудными местами. Но боже! Какой пустой и слабый голос! Какие дурные манеры! Не видит партнера, но зато кокетливо глядит в зал…

Он допил кофе и повертел головой, ища официанта.

- Да, - сказал я. – Чуда не произошло.

- Наоборот!- усмехнулся он. – Все должно было быть по-другому… Маленькая гримерша, заменяет примадонну, овации, утром просыпается знаменитой, а старый дирижер пишет об этом главу в мемуарах. По всем правилам – так. Но произошло чудо, il miracolo! – он заметил официанта и замахал ему рукой: - Conto, prego!

Другими словами – счет, пожалуйста.