?

Log in

No account? Create an account

July 16th, 2008

ПОПЕРХНУЛИСЬ

 

Людям не нравится. Они пожимают плечами. Хихикают. Морщатся.

Возмущаются: "Нам втюхивают какую-то ерунду". 
Как будто первый раз, честное слово!

Нам втюхивали, что Кесарь – Divus, то есть Божественный. То есть Бог. И у него есть божественное право. Что малоумный дяденька может начинать войну и заключать мир, отнимать и дарить.

И вообще что царь волен своих холопов миловать, а и казнить волен же.

И самовластный монарх никому о своих делах отчету дать не должен.

Нам втюхивали, что есть дворяне, а есть черная кость.

Что дворяне неприкосновенны, а чернушек надо пороть, пороть и пороть.

Потом вдруг стали втюхивать, что существование королей – удивительно. В плохом смысле слова. 
"Я в свет исшел, и ты со мною, на мышцах нет моих заклеп". И вообще "о, вольность, вольность, дар бесценный!"

Нам втюхивали, что все равны, и каждый может стать президентом и миллиардером.

Что кухарка должна управлять государством через систему Советов.

Что справедливость требует хлеба и жилья для всех.

А потом стали втюхивать, что надо добывать деньги, а без них никакого хлеба и жилья все равно не будет, хоть обкричись.

И что именно в этом и состоит высшая, главная, самая справедливая справедливость.

Money-money-money – must be funny – in the rich man's world!

Длинное меню.

И мы вкушали с огромным аппетитом.

И вдруг поперхнулись. Этот нам не тот, тот нам не этот…

Чего это мы?


Неужели мы поверили в искренность власти, в прочность демократии, в ценность свободы и права, а главное – в честность? А может быть, мы хавали весь этот втюхон, но страдали безмерно. Но вот пришел седой красавец, взгромоздился на танк и сказал: теперь все будет честно! Вот, - сказал он потом, - меня никто не любит, а я честно и открыто, старый и сердечно-больной, иду на выборы!

Увы нам. Не надо верить в минутное счастье. Для того, чтобы ощутить счастье, писал А.П. Чехов, нужно ровно столько же времени, сколько нужно, чтобы завести часы. Поскольку мы знаем, символом какой части организма являются часы, нам примерно понятно, что имел в виду последний (или предпоследний, если считать Бунина) классик русской классической литературы.