?

Log in

No account? Create an account

September 25th, 2008

дворянская скорбь

ГОРДОСТЬ И ПРЕДУБЕЖДЕНИЕ

 

В самом конце семидесятых, на самом пышном излете советской власти, был у меня товарищ Сергей Z., мой ровесник, журналист и редактор. Человек скромный, сдержанный, хорошо воспитанный. Небогатый.

 

Одно его отличало – он вслух и без страха презирал советскую власть. Нет, он не был диссидентом, не приносил папиросной машинописи обличительных сочинений, не собирал подписи под письмами протеста, не пересказывал передач закордонного радио. Но о партии и правительстве отзывался не иначе как "эта сволочь" или "правящая мафия". Брежнева даже отчасти жалел: по-христиански. Называл его полоумным стариком. Но никогда не говорил о властях специально. Всегда этак мельком, к слову.

 

Однажды, когда он в очередной раз в большой компании коллег нехорошо отозвался о партии Ленина, я счел за благо его предостеречь. Я его ценил, и не хотелось мне, чтобы он налетел на неприятности из-за любви к рискованным остротам.

- Это не остроты, – сказал он. – Я на самом деле так думаю.

- Мы все так думаем, – сказал я, – однако ведем себя спокойно.

- Дело ваше, – сказал он. – А я не желаю.

Что-то в его тоне меня задело.

- Ты хочешь сказать, что ты лучше нас?

- Не знаю, поймешь ли ты меня, – протянул он. – Но я попробую объяснить. Видишь ли, подпись моего предка стоит, среди прочих, под грамотой об избрании Михаила Федоровича Романова на царство. То, что происходит в России – это мое личное горе. Но это временно.

- Временные трудности? – засмеялся я.

- Да, – сказал он. – Представь себе. Неряшливая складка, ошметок грязи, не более того. Все пройдет. Вся эта банда исчезнет, как дым. Увидишь, увидишь, сам увидишь. А мне, как столбовому дворянину, невозможно скрывать свои убеждения.

 

Вся его семья была такая, непростая.

Однажды, помню, пришел очень расстроенный. В чем дело? А дело в том, что его любимая тетя Валечка, дама уже за сорок, собралась впервые в жизни замуж.

- Радоваться надо, – сказал я.

- Я, в общем-то, радуюсь. Я ведь человек современный, без предрассудков. А вот мама плачет. И бабушка страдает. Слегла с мигренью, не хочет тетю Валечку видеть.

- Что такое?

- Да ерунда, в сущности. Он – из купцов.