?

Log in

No account? Create an account

November 11th, 2008

ПАРТЕР И КРЕСЛА

 

Режиссер: Хорошая пьеса. В общем-то, я могу ее поставить.

Драматург: (радостно): Когда начнем работать?

Режиссер: Но я могу ее и не поставить.

Драматург (все еще бодро): Да, я понимаю.

Режиссер: Нет, вы не понимаете. Я могу ее поставить, а могу и не поставить. Значит, я не буду ее ставить. Потому что мне нужна пьеса, которую я не могу не поставить.

 

Верно, верно, верно.

Но в советское время режиссер – чтобы не портить отношений – часто ссылался на инстанции или на политическую ситуацию. Режиссер говорил драматургу: "Вы написали прекрасную пьесу, но наш театр не может сейчас ее поставить" (приводится тысяча причин, от давления министерства культуры до внутренних интриг касательно ролей).

А почему у вас идет вот эта пьеса, она же бездарна! "Да, вы правы, эта пьеса бездарна, но что нам поделать, мы вынуждены ее ставить" (опять тысяча причин, от министерства до капризной премьерши).

Стыдная мечта - чтоб режиссер сказал: "Вы написали бездарную пьеску, как вам не стыдно, плоский, банальный, непрофессиональный, пошлый графоман! Но завтра мы начинаем ее репетировать".

 

Но я не про театр.

Я про обидные объяснения. С целью сохранить отношения.

Словеса, примерно подобные тем режиссерским: "Ты такой хороший, такой добрый и умный, я так тебя люблю, да, правда, ты мне не веришь, но я тебя по-настоящему люблю, а к нему меня просто почему-то как-то вот так тянет... Ты такое мое счастье и удача, другая бы жизнь тебе отдала, а я ну вот такая дура, прости меня..."

Фу. Все вранье. А если не вранье, то еще хуже, еще обиднее.

Мечталось услышать: "Боже, какой ты скверный тип. Подлый, жестокий, грубый. Ну, пойдем скорее, пойдем со мной".

 

Конечно, всякое сравнение хромает

И это – про хромающее сравнение – тоже.