?

Log in

No account? Create an account

June 2nd, 2009

ВДВОЕМ

Оперный театр. Мимо меня протискивается к своим местам странная парочка. Крепко держатся за руки. Он в маленьких затемненных очках, с чуть откинутой назад головой. У нее пристальные глаза на спокойном лице.
Уселись, но рук не расцепили.
Потом я вижу, что он водит пальцем по ее запястью, по тыльной стороне ладони. Как будто в такт музыке рисует волны и запятые, вверх и вниз, взлеты и падения, piano и forte, и сильно вдавливает палец, когда в финале арии звучит оркестровый аккорд.
А она свободной рукой иногда касается его ладони.
Слепой и глухонемая.
Какие разные миры.
Светлый, яркий, разноцветный, красивый и немой. Бестолково разинутые рты. Беззвучно летящие смычки, бесшумное мельтешение палочек, непонятно раздувающий щеки человек, припавший губами к медной улитке. Люди часто-часто сдвигают ладони и шевелят губами.
Темный, черный, беспросветный. Шумный, словесный и мелодичный, полный чистых голосов, звенящих высоко и долго. Полный скрипок и литавр, труб и фаготов, аплодисментов и криков браво.
Так всегда бывает, на самом деле.
Кто-то один слышит, но не видит. Кто-то другой — наоборот.
Хорошо, когда можно пальцем на запястье нарисовать звук.
А прикасаясь к ладони, объяснить, что происходит на сцене.
Соединить два мира в один.
Более или менее общий.