?

Log in

No account? Create an account

February 22nd, 2010

СОЛДАТ ИМПЕРИИ

В 1965-1969 гг. генерал Д.А. Драгунский был заместителем командующего Закавказским военным округом.
Вот какую историю он рассказал мне примерно в 1967 году.
Передаю в точности.

В одной из закавказских столиц начались волнения. Собрался довольно большой митинг. Под антисоветско-националистическими лозунгами, как сказал дядя Дима. Сейчас бы мы, конечно, сказали, что это было выступление за демократию и независимость.
Но сейчас – это не тогда.
И наоборот: тогда – это не сейчас.
Ни в газетах, ни по радио об этом не было ни слова.
Власть поначалу растерялась. Никаких мер никто не принимал, и на второй день на площадь пришло еще больше народу. В городе было смутно. Мужчины маленькими толпами стояли и курили на перекрестках. Группы молодежи бегали от дома к дому. Что-то назревало.
Все говорили, что завтра вечером на улицы выйдет чуть ли не весь город. Под теми же самыми лозунгами.
Поздно вечером генерал Драгунский, который был в этом городе главным армейским начальником, получил телефонограмму: любыми средствами не допустить дальнейших антисоветско-националистических выступлений.
Любыми средствами, понимаете?

Он думал всю ночь.
На рассвете позвонил директору Оперного театра. Он спросил: сколько человек вмещает зрительный зал? Полторы тысячи? Отлично. И попросил-потребовал, чтобы  в три часа дня состоялся концерт мастеров искусств. Неважно, кто и что. Пусть сыграют и споют. Директор согласился.
В начале третьего в городе раздалась бодрая музыка.
С четырех сторон, по четырем улицам, ведущим к Театральной площади, шли четыре батальона. Крепкие, подтянутые, чеканящие шаг солдаты. Без оружия, что особенно важно. Шагали поротно, с интервалами в десять минут. Во главе каждой роты шел капитан. Во главе батальона – майор. Вместо знаменосца рядом с каждым комбатом шел баянист и наяривал «путь далек у нас с тобою».
Солдаты подошли к театру.  Зашли вовнутрь.
Прослушали концерт. Похлопали певцам и танцорам.
Вышли на площадь, построились поротно и побатальонно. Под те же баяны прошагали  обратно, по четырем длинным улицам.
Забрались в грузовики и разъехались по казармам.
Все было молча.
Но никакого митинга вечером не было.
И назавтра тоже. И через месяц, и через год.
Вот и вся история.
Мрачновато, конечно. Зато без крови.

ПАРАДИГМА

Знакомая рассказывала про свою свекровь.
Эта почтенная дама звонит ей почти каждый день в течение последних двадцати с лишним лет. И каждый раз говорит трагическим басом:
- Мне никогда не было так плохо, как сегодня…

А я вспомнил одну свою дальнюю родственницу, дряхлую старушку, которая едва передвигалась по комнате.
Бывало, звоню ей и спрашиваю:
- Как себя чувствуете, тетя Надя?
И в ответ всегда, каждый раз, веселый и даже отчасти игривый восьмидесятилетний голосок:
- Немножечко лучше!