?

Log in

No account? Create an account

September 13th, 2010

КЛАССИКИ И СОВРЕМЕННИКИ

Возражения моих высокоуважаемых собеседников можно свести к двум главным пунктам:
(1) Нам понятны эмоции и чувства людей, живших пятьсот и более лет назад (пишет sofia_pinskaya).
(2) Многие человеческие проблемы – в частности «
выбор принца Гамлета? Что делать человеку, оказавшемуся в прогнившем аморальном обществе? <…> Выбор Медеи?» были описаны классиками, да так, что современным авторам нечего и добавить, не рискуя впасть в плагиат (пишет cartesius).

Итак, первое.
М
не непонятны эмоции обиженного принца, который этак походя убивает нескольких человек собственными руками, а нескольких – путем интриг, и совершенно равнодушен к чужой смерти, к чужим страданиям.
Я
не знаю и не понимаю, что такое феодальное чувство чести и феодальное же чувство долга. Поэтому, например, трагедия «Принца Гомбургского» мне совершенно непонятна. То есть умом понятна, а сердцем – ни капельки. Я не могу ему сопереживать, как не могу сопереживать Роланду или Илье Муромцу. Но это я о себе говорю, только о себе.
Второе.
Зачем же такое культурное пораженчество? Что, дескать, современным авторам и добавить нечего. Думаю, есть чего. Каждое произведение - дитя времени и места.
О выборе, который делает человек в прогнившем аморальном обществе – при чем тут Гамлет? Он так же аморален – вернее, внеморален, имморален – как все остальные персонажи пьесы. Им движет месть. Медея - это вообще дремучая архаика, последний вздох матриархата.
О выборе, который делает человек в прогнившем аморальном обществе – рекомендую «Доктора Фаустуса» Томаса Манна. Или «Каждый умирает в одиночку» Ганса Фаллады. Здесь действительно выбор и мораль.
Ни один из гениев прошлого не написал ничего равного «Скучной истории» Чехова, «Постороннему» Камю, «Процессу» и «Замку» Кафки, «Буддеброкам» Томаса Манна, «Смерти в кредит» Селина и ... список длинный.


Сказанное, полагаю, никак не преуменьшает величия античной, средневековой, ренессансной классической литературы. А также литературы барокко и классицизма.
Просто она – другая и про другое.