?

Log in

No account? Create an account

May 15th, 2011

сны на 13 мая 2011 года

КУКОЛКА И МАМА 

Первый сон:

Мне приснилось, что я проснулся, открыл глаза, и на светлом блестящем паркете, вдалеке, ближе к двери – увидел какую-то черную штучку. Она была продолговатая, размером в ладонь. Протерев глаза, я увидел, что эта штучка не просто черная, а с желтой полоской. Несколько минут я лежал, пытаясь догадаться, что это такое и откуда взялось. Потом встал, подошел поближе. Нагнулся.
Это был резиновый негритенок в желтой фестончатой набедренной повязке.
Куколка. Литой бесполый голыш. Не совсем черный, а темно-коричневый. Руки прижаты к телу и сложены на животе, пупырышки на голове обозначают кудрявую африканскую шевелюру. Красный рот и носик пуговкой. Веселые глазки.
Этого негритенка мама привезла мне из-за границы. Не помню, откуда. Мне было лет шесть или семь. Но помню, как я схватил его и спросил:
- А набедренная повязка у него снимается?
Мама с папой расхохотались. И потом много раз повторяли эту историю гостям. Гости смеялись; я не понимал, что тут смешного. Но все время снимал с него эту желтую резиновую юбочку и надевал снова. Потом она разорвалась. Или потерялась.
Все это я вспомнил во сне, и мне приснилось, что я возвращаюсь в постель и засыпаю, и снится мне еще один сон.


Второй сон:
Я сижу в машине. Сестра Ксения за рулем, а я рядом. Мы ждем маму. Ксения говорит, что она скоро придет. Мимо нас проносится машина, похожая на старую «Победу», но какая-то другая, современная. За рулем сидит мама. Я не успеваю удивиться – ведь мама не умеет водить – как вдруг эта машина дает задний ход и едет к нам. Резко и неловко пытается припарковаться, все время криво заезжая на свободное место.
Я кричу Ксюше:
- Зачем ты ее пустила за руль! Ей надо под капельницей лежать!
Тут мамина машина снова выезжает на середину улицы, резко рвет назад, на полсотни метров, двумя колесами заезжает на тротуар – слышен скрежет днища о бордюр – и едва не врезается задом в автомобиль, который стоит в отдалении. Там люди, они с криками бросаются в разные стороны.
Я всматриваюсь и не вижу, что там случилось. Но все-таки мне кажется, что ничего страшного, никого не сшибли, чужую машину не протаранили.
Мама медленно идет по улице к нам.
Я спрашиваю:
- Машину не разбила? – она молчит. – Машину не разбила? Не врезалась? Ты меня слышишь? Слышишь? Отвечай!
Она не понимает. Ее глаза смотрят в сторону. У нее неживое лицо.
Не старое, не морщинистое, а такое, как много-много лет назад.
Но мертвое. 

БЕНЯ И КАНЯ

Американский спецназ вошел во вкус.
Замочили Беню.
Закрыли Стросс-Каню.
Who's next?