?

Log in

No account? Create an account

May 30th, 2011

ПЕТРОВ И ГОСПОДЬ БОГ 

Петров давно хотел поговорить с Богом, но стеснялся. И все время думал, что он молодой, успеется еще.
Но вдруг ему исполнилось шестьдесят. Вернее, должно было исполниться через два месяца. Он стал готовить документы на пенсию, собрал все справки, понес их в Пенсионный фонд, и прямо на пороге вспомнил это свое давнее желание. 

Захотелось узнать, правильно ли он жил.
Не в моральном смысле, а просто – правильно ли он поступал. Например, не пошел в аспирантуру, хотя была возможность. Может, стал бы академиком. Друзья организовали бизнес, его звали – отказался, забоялся. А вдруг сейчас жил бы на Рублевке? Женился на Марине, а не на Гале, хотя любил ее очень сильно. Потому что Галя в Америку его тянула; он не хотел.
Он вообще ничего не хотел! На все отвечал: да ну, неохота. Как будто нарочно выбирал самый средний, самый надежный – но при этом самый скучный путь.
Так ему показалось, когда он листал свою трудовую книжку, сидя в очереди к инспектору.
Поэтому он записался на прием к Господу Богу.
Ему было назначено на четверг, после обеда. 

Там было строго и скромно. В приемной рослые мальчики, кудрявые блондины с синими глазами. Просторный кабинет.
- Садись, Петров, - сказал Господь Бог. – Что у тебя?
Господь Бог был лысым стариком. На носу слева большая родинка.
- Душа болит, - вдруг сказал Петров. – Я глупо жил.
- Чушь! - сказал Господь Бог. – Никакой души на самом деле нет. Выдумки. Оправдание нытья. Человек – это кожаный мешок с костями и кишками. Пока все цело, человек в порядке. У тебя все в порядке.
- Да я не про то! – закричал Петров. – Я жил неправильно. Всего боялся. Женился на нелюбимой. Ничего не достиг.
- Нормально ты жил, - засмеялся Господь Бог. – Ты хоть понимаешь, с кем ты разговариваешь? Это я за тебя всё решал, и очень правильно. Ученый ты по нулям. Дружки твои были лузеры. А эта Галочка – блядь.
- Ах ты… - задохнулся Петров, схватил со стола пепельницу и со всей силой шарахнул Господа Бога по голове.
Выскочил из кабинета, пробежал приемную и коридор. Кудрявые блондины растерянно глядели ему вслед.

Через несколько дней Петров вышел из дома и увидел нищего.
Нищий расставил на тротуаре фотографии кучерявых детишек. На картонках было написано: «Внукам на пропитание» и «Ради Господа Бога».
На носу у него была большая черная родинка. Лысину пересекал лиловый зубчатый шрам. «Порвался мешок, и кости поломались!» - вспомнил Петров недавний разговор, но злорадства не было. Жалко было старика.
- Значит, душа все-таки есть, - вслух подумал Петров. – Уже хорошо.
Положил нищему в жестянку двадцать рублей и пошагал к метро.