?

Log in

No account? Create an account

August 5th, 2011

ДАЧНИК

Это дача не моя.
Она принадлежит, только не удивляйтесь, моему бывшему приемному сыну. Именно так. Я его сначала усыновил, а потом разсыновил, так сказать. Но – по его просьбе. Поэтому мы – лучшие друзья, вот я на его даче живу. Он был сыном моей первой жены от первого брака. Кстати, неплохой был человек его отец, мы потом познакомились, он много чего рассказал о своей семье. То есть о своем отце. Но моя первая жена так решила – все, у ребенка теперь другая жизнь и другой папа. Ну, другой так другой, тебе виднее, пожалуйста.

Да, про отца его отца. Тут была своя история. У него сестра сразу после войны эмигрировала. Она тогда в Австрии была. Она была медсестра. Перешла из нашей зоны в американскую, и привет. А он, ее брат, то есть отец первого мужа моей первой жены, был артист эстрады, разговорный жанр. Он очень напугался, и стал показывать верность партии и правительству. Стал выступать на разных закрытых банкетах. На дачах у министров. Как-то втерся, хороший артист был, кстати. Но не любил это дело. Его сын рассказывал: бывало, выпьет, подойдет к зеркалу и изобразит какого-нибудь первого секретаря ЦК нашей многострадальной республики. Он много денег зарабатывал. Но зато много пил, почти все прогуливал. Поэтому дачу не достроил – фундамент размахал под целую виллу, а потом он умер, и деньги кончились. Ну ничего, мы там терраску сделали, на лишнем фундаменте.

Вот. А когда мы развелись с первой женой, то сын – которого я усыновил – стал жить на этой даче со своей бабушкой, папиной мамой. Потому, что у папы была уже другая семья к тому времени. У мамы тоже. А бабушка – Марта ее звали – все время рассказывала мальчику, какой у него был дедушка большой артист и неоцененный талант. Кстати, он был народный республики. Так что он захотел носить его фамилию, то есть фамилию своего папы, но дело не в папе было, а именно в дедушке. Поэтому он меня попросил, чтоб я отказался от усыновления. Ну и хорошо.
Бабушка Марта на даче развела смородину, клубнику, целое хозяйство. А еще она хотела внучку, девочку. Хотя Роберта она любила, конечно. Но очень хотела внучку. А у ее сына в новой семье родилось три мальчика подряд. Она ему: «Родите мне внучку!» А он ей: «Да что я, с ума сошел? Хватит!» И у нашей с ним первой жены в новом браке тоже мальчик родился.

А я женился, и у меня сразу бац – девочка.
Марта говорит: всё, будете у меня жить, будет у меня внучка. Любила ее, как родную. Когда она умерла, мы на следующее лето уже не собирались приезжать, а Роберт позвонил: «Живите, вы что! Только помогите терраску сделать».
Он сам на даче почти не бывает. Он и здесь раз в год бывает. Нашел в Канаде двоюродную тетю, троюродных сестер, зацепился, и отца с новой женой перетащил.
И меня зовет. Но я не хочу. Тут все одичает к черту.