?

Log in

No account? Create an account

January 17th, 2012

ОТЧЕГО ЛЮДИ НЕ ЛЕТАЮТ?

Мне все-таки хотелось договориться о пересдаче. Утром я был на факультете.
По коридору шла наша завкафедрой.
- Здравствуйте, Аза Алибековна! - я поклонился и улыбнулся.
Она нахмурилась и едва кивнула.

Я сделал несколько шагов и налетел на Юру Царева с четвертого курса. Он схватил меня за рукав и вытащил на лестницу.
- Слыхал, что вчера было? Из-за тебя, между прочим!
- Что?! – я ничего не понимал.
- Дай сигарету, - сказал Юра. – Ты получил трояк и убежал, так? А тут Аза входит. Наверное, она все слышала. Вот она и говорит этой стажерке, которая тебя валила: «Насчет гомеровского аориста. Там ударение стоит на другом слоге, нежели в причастии! Зачем вы запутали студента? Или вы сами недостаточно знаете предмет?» - Юра закурил и затянулся.
- А дальше? – спросил я.
- А дальше эта психопатка идет к окну, отодвигает кактус, открывает створку…
- И что?
- И все, - сказал Юра. – Десятый этаж все-таки. Белый снег, кровь, ужас.
- Господи, - я неизвестно почему перекрестился.
Юра покосился на меня и продолжал:
- Все кричат, галдят, звонят в «скорую», бегут вниз. А внизу – ничего. Гладкий газон и чистый снежок. Кругом люди ходят. Их спрашивают: вы видели, женщина из окна бросилась? Нет, отвечают, вы что, с ума сошли? Милиция приехала, опросила. И вот что интересно, старик: все, кто был наверху – видели. Все, кто гулял внизу – нет.
- Ты сам видел? – спросил я.
- Нет, - честно сказал он. – Мне рассказывали.
- Кто? – спросил я.
- Все рассказывали! – обиделся он.
- А где эта, ну, стажерка? Аспирантка из Ленинграда?
- Неизвестно! И все ее документы исчезли из учебной части, милиция проверяла. Ничего, только коробка спичек на столе. Почти пустая. Ты будешь смеяться, старик, никто даже не помнит, как ее зовут. Вот ты, например, помнишь?

Я-то помнил. И я понял, что с этим пора кончать.
Но лучше без психиатра.
- Юра, - сказал я. – Такой вопрос у меня к тебе. Очень важный. Юра, скажи правду, ты в Бога веруешь?
Он помолчал, потом сказал с мрачным вызовом:
- Да.
- Юра, честное комсомольское, я никому не скажу. Ты в церковь ходишь? Хотя бы иногда? У тебя знакомый священник есть?
- Да, - сказал он. – Я, правда, у него уже полгода не был…
- Поедем к нему. Очень нужно. Срочно.
- Прямо вот сейчас?
- Через час. Мне нужно заскочить на рынок.

Январское солнце клонилось к вечеру. Мы с Юрой стояли около небольшой пригородной церкви.
- Нет, нет, нет, молодые люди, - говорил священник. – Ибо сказано: «сей род изгоняется постом и молитвою», и никак иначе.
- Однако в житиях написано… - возразил было я.
- Святые праведные старцы могли изгонять беса, - сказал он, - но я, человек грешный и непризванный... – и вдруг совершенно мирским голосом заорал: - Фу! Кыш! Держи! – и замахал руками.
Я обернулся.
Моя сумка стояла на скамейке у ограды. Вернее, уже лежала под скамейкой.
- Куница, - сказал священник. – Здесь их много. Курицу сперла.