?

Log in

No account? Create an account

February 15th, 2012

ГЛАВНЫЙ ВРАГ

Люба скрылась. Екатерина Дмитриевна сказала, что хочет пройтись.
Они шли по аллее.

- Вы ведь не сами нашли эту могилу? – спросила она. – Наверное, поручили дело профессионалу? – Николай Петрович кивнул. – А профессионалы обожают всюду втыкать прослушку… Можно взять вас под руку? Ну, говорите!
- Нет, это вы говорите, - сказал он.
- У человека есть три врага, - сказала она. – И все на букву «п». Прошлое, правда и память. Запомнили? Посадите меня на такси.
- Я думал, вы ответите на мой вопрос.
- Я хотела посмотреть на отца моего ребенка. Меня это очень мучило, правда. Но не это главное. Моя дочь, ей пять лет, зовут Аня, она сейчас в другом городе… – она остановилась и достала из сумочки фотографию.
Николай Петрович едва удержался, чтоб не ахнуть. Девочка была очень похожа на его детские фотографии.
- Оставьте ее мне, - сказал он.
- Не надо, - сказала она. – Ваша жена найдет, будет скандал.
- Моя жена не роется в моих вещах, - обиделся он.

- Бедняжка! – захохотала Екатерина Дмитриевна, а потом вдруг обняла его и зашептала: - Так ужасно совпало. Ваша жена сделала на вас заказ. Мне. А вы оказались отцом моей Анечки. Николай Петрович, Коля, я вас прошу, обещайте: если меня убьют, Анечку не оставьте. Просто присмотрите. Обещаете?
- Постойте! – он вырвался из ее рук. – Вы что?
- Моя специальность – мужья, - сказала она. – Двадцать два года назад я помогла господу богу прибрать Данилу Кошкина… Мне понравилось. Обожаю воду. Ночные купания. Водолаз стоит недорого, если у нас. Одного топили на яхте в Эгейском море. Вместе с яхтой и любовницей. Дикие деньги, но жена заплатила. Инфаркты и инсульты проще, но опаснее.
- Что ей от меня надо? – спросил он.
- Чтоб вас не было! – сказала она. – Но не завтра. Сначала – гонорар за «дело дистрибьюторов».
- Что я ей сделал?! – Николай Петрович был в отчаянии.
- Я такие бестактные вопросы своим клиенткам не задаю, - сказала Екатерина Дмитриевна. – Вы мне обещаете?
- Что?
- Присмотреть за Анечкой в случае чего. Она чудесная. Я так мечтала о ребенке без мужчины. Ненавижу мужиков.
- А я ненавижу баб, - раздумчиво проговорил Николай Петрович. – Катя… Ничего, что я так? Давай, Катя, работать вместе.
- Что ты! – улыбнулась она. – Мы будем друг другу мешать.
Они вышли из ворот кладбища.
- Давай поцелуемся, - сказал он.
- Не надо, - сказала она.
Подняла руку – тут же остановилась машина. Она села и помахала Николаю Петровичу рукой.

Зазвонил мобильник.
- Кошкин! – ответил Николай Петрович
- Мое имя Эрих Лински, - человек говорил с сильным акцентом, но правильно и очень бойко. – Wilson, Wilson and Williamson. Я в Москве. Надо решить некоторые формальные вопросы.
- Идите на х**! – заорал Николай Петрович и выключил мобильник совсем.

самые разные книжки

БИБЛИОТЕКА ДЛЯ ЧТЕНИЯ. 21

АРИАДНА ТЫРКОВА-ВИЛЬЯМС

Предварилка моего времени* была гуманной тюрьмой. Оно и не могло быть иначе, т.к. министерство юстиции было учреждением просвещенным. В провинции, вдали от центральной власти, тюрьмы могли быть хуже. Но тюрьмы петербургские были куда человечнее европейских тюрем того времени, как английских, так и французских. Это мне не раз подтверждал Вл. Бурцев**. У него в этом отношении был интернациональный опыт.

Но тюрьма есть тюрьма. Ни один нормальный человек не может остаться равнодушен, когда его сажают под замок. Запертая дверь, щелканье ключей, физическое ощущение сжимающих стен, сознание своего бессилия – все это препротивно.
Поддаваться такому настроению нельзя. Один из способов его преодолевать – составить себе строгое расписание занятий.

Русские интеллигенты, частенько попадавшие в тюрьму, это хорошо понимали. Сидя в тюрьме, они изучали математику, астрономию, историю, а в особенности налегали на языки. Часто в тюрьме писали статьи, книги.
Книги и материалы разрешалось получать с воли. В предварилке была своя недурная библиотека русских и иностранных книг. Она составилась из книг, которые приносили для заключенных родные или друзья. Приносить их разрешалось, но уносить, брать обратно, было запрещено, т.к. заключенные могли делать в книгах пометки, нарушавшие интересы следствия.

Я в библиотеке нашла книгу Карлейля о героях и по ней начала учиться английскому, хотя стиль у него трудный, заковыристый.
В английском мне помогала моя школьная подруга Вера Гернгросс, рожденная Черткова. Ее муж командовал Конногвардейским полком. Это не мешало его жене приезжать ко мне в тюрьму на свидание каждую неделю. Она привозила английский учебник и давала мне урок, что занимало не только нас обеих, но и присутствовавшего при свидании жандармского ротмистра. Он с особым почтением встречал и провожал жену важного гвардейского генерала.
(1952)
______
*описанное в этом отрывке происходило в 1903 г.
** Владимир Львович Бурцев (1862 – 1942), историк и журналист; знаменит тем, что разоблачил Азефа и Малиновского.

Ариадна Тыркова-Вильямс. На путях к свободе. М., Московская школа политических исследований, 2007. С. 138 – 140.