?

Log in

No account? Create an account

June 15th, 2012

ACTION DIRECTE

Сергей Довлатов пишет:
«Антон Павлович Чехов – первый истинный европеец в русской литературе, занимавшийся исключительно художественным творчеством и не запятнавший себя никакими общественно-политическими выходками и фокусами. Чехов первым добился широкого признания на Западе, лучшие американские писатели охотно говорили о том влиянии, которое оказало на них творчество Чехова, и остается лишь добавить, что у себя на родине Чехов был при жизни объектам самой разнузданной и оскорбительной травли со стороны литературных критиков школы Белинского, Чернышевского и Добролюбова. Его упрекали в цинизме, бессердечии и равнодушии к страданиям народа, а критик Михайловский даже предрекал ему голодную смерть под забором.
Однако Чехов выказал силу духа, не опустился до общественно-политических телодвижений, сохранил в себе художника и обессмертил свое имя. Его творчество исполнено достоинства и покоя, оно нормально в самом благородном значении этого cлова, как может быть нормально явление живой природы».

Это, конечно, очень мило. Но!
Сначала о Чехове.
«Умрет под забором» сказал не Михайловский, а Скабичевский.
Среди критиков почитателей Чехова было не меньше, чем гонителей.
Когда В.М.Лавров, главред «Русской мысли» назвал его «беспринципным писателем», Чехов ответил: «Беспринципным писателем или, что одно и то же, прохвостом я никогда не был» - и перестал с Лавровым здороваться.
Для cовременника – тексты Чехова полны актуальных политических аллюзий.
Поездка Чехова на Сахалин была именно, говоря по-довлатовски, «общественно-политическим фокусом», за который он заплатил своим здоровьем.
Еще одной «выходкой» Чехова было демонстративное сложение с себя звания почетного академика, потому что царь не утвердил избрание Горького. Академия стала по стойке смирно, а Чехов в знак протеста вышел из состава академиков.
Чехов, наконец, перестал сотрудничать с «Новым временем» и рассорился с Сувориным, потому что последний в деле Дрейфуса занял антисемитскую позицию.

Теперь о европейцах. В защите Дрейфуса активное участие принимал Золя (его знаменитая статья «Я обвиняю!»). Гюго написал открытое письмо, чтоб Франция не выдавала какого-то беглого народовольца. Что уж говорить о Вольтере, Руссо и Байроне, которые не чурались не только прямого политического высказывания, но и прямого политического действия.

P.S. Широкого признания на Западе первым (начиная с 1886 года) добился все-таки Достоевский.
Что касается «нормальности» творчества Чехова – это какая-то поразительная психологическая и литературоведческая девственность.
Так что вот. Чехов – величайший писатель, мировой гений. Но не потому, что он брезгливо отворачивался от политики и был «нормальным».
Довлатов – превосходный автор. Я его обожаю.
Но здесь он всё напутал. Бывает.