?

Log in

No account? Create an account

June 15th, 2014

ТЕРЕЗА ЧЕТВЕРТАЯ

«Мой дорогой Арс! – читал Арсений Петрович электронное письмо. – У меня большая радость. Я беременна! Сначала я думала, что это просто задержка, у меня вообще месячные неровно ходят, и поэтому тебе не написала, боялась, что на самом деле ничего нет. Но вот уже третий месяц. Спасибо тебе, что ты сделал меня женщиной, спасибо, что подарил мне дитя. Это так невыразимо прекрасно, когда твой первый мужчина становится отцом твоего ребенка. Эх, если бы мужчины умели это чувствовать! До свидания! Целую, твоя Наташа».
Красота.
Ведь у них ничего не было! Да, один раз поцеловались в ресторане. Да, она пришла к нему в номер, да, приняла душ и надела халат, а потом, когда он разоблачил ее странную шутку с смсками – убежала. Он, кстати, не стал отвозить ее на такси до ее гостиницы. Усадил в машину и отдал деньги водителю. Кстати, водитель может дать показания… «Боже! – вслух воскликнул Арсений Петрович. – Прямо крыша едет… Какие, к черту, показания! Ведь не было же ничего!»
Ни секса, ни игр или прелюдий, и он не заснул, чтоб она могла поступить, как некоторые персонажи античной, а также библейской мифологии иногда поступали с непробудно спящими мужчинами. Ни-че-го!
Сделал женщиной? Что она несет? Чтоб он вдобавок поверил, что эта весьма раскованная тридцатилетняя дамочка – невинная девушка? Бред какой-то. Вторая серия истории с смсками. Шутница. Или ненормальная? Патологическая шутница, вот.
Но на всякий случай сделал в своей почте папку «Н» и переложил туда это письмо. И ответил:
«Дор. Наташа, а интересно, мальч. или дев.? Тв. Арс».

Ответ пришел через два месяца:
«Девочка. Как мы ее назовем?»
«Тереза» - ответил Арсений Петрович.
«Красиво! – написала Наташа. – А почему?»
«Потому что мою любимую бабушку, царствие ей небесное, звали Тереза Францевна, она была из города Гродно, - на ходу сочинял Арсений Петрович. – Поэтому мою первую жену я выбрал по имени, чтоб тоже Тереза. И нашу дочь в честь бабушки и жены мы назвали Терезою. Она сейчас живет в Австрии, со мной не общается, т.к. при разводе приняла сторону своей матери, то есть моей первой жены Терезы. Но я ее очень люблю, не говоря о бабушке. Да и к бывшей жене питаю чувства нежной благодарности, она ведь была моей первой женщиной, научившей меня любви, хотя и была старше меня на восемь лет. То есть не хотя, а благодаря».
«И что поэтому?» - недовольно ответила Наташа через две недели.
«Поэтому наша дочь будет носить имя моих самых любимых женщин».
«А я?» - довольно-таки зло написала Наташа еще через месяц.
«А ты вот она! – легкомысленно ответил Арсений Петрович. – Ты тут, а их нет. Мне Тереза нужна для памяти».
«Нет!»
«Нет, да! Не просто Тереза, а Theresa Quarta! Тереза Четвертая».
Через два месяца уговоров Наташа согласилась на Терезу, а Арсений Петрович сдался и убрал Кварту. Пусть она будет Четвертая в уме, так сказать. Ну и хорошо. Ну и всё.

Арсений Петрович совсем забыл про эту глупую переписку, но вдруг, совсем на ровном месте, ему приснилась Наташа. Приснилась ужасно, как будто она – полупьяная бомжиха в тельняшке, в рваных босоножках, видны сбитые грязные ногти, а на руках у нее бледный заморенный ребенок… Арсений Петрович проснулся. Сильно билось сердце. Времени было половина шестого утра. Он открыл компьютер, почту, папку «Н» и посчитал, что со времени первого Наташиного письма прошло уже полтора года. Он с трудом дождался восьми, сделал реплай на последнее Наташино письмо и остановился, не зная, что написать. Как твои дела? Как ты родила? Как девочка? Глупо, нелепо… И тут он увидел – первый раз обратил внимание! – что в Наташиной подписи, помимо ее должности, ученой степени и двух телефонов, указан ее домашний адрес.

Наташа хохотала, сгибаясь в пояснице и хлопая себя по коленкам.
Потом отобрала у Арсения Петровича букет, положила сзади себя на подзеркальник – они стояли в прихожей – и сильно, и ласково обняла его, раскрыла свой чистый белозубый рот и языком провела по его губам.
Он вырвался, оттолкнул ее.
- Ты меня за всё за это ненавидишь? – сказала она.
- Нет, - холодно и отчетливо сказал он. – Я тебя уже забыл.
- Тогда я пошла, - сказала она, повернулась и скрылась за дверью.
- Нет, это я пошел! – громко сказал Арсений Петрович.
- Нет, я! – послышалось из комнаты.
И звон битого стекла.
Арсений Петрович метнулся за ней. Она почти вывалилась из окна; крепко зацепилась брючным поясом за какой-то крюк. Он из последних сил втащил ее обратно. Сел на пол рядом с ней, прислонившись к батарее, среди осколков.
Покосился на нее. Она сидела бледная, с закрытыми глазами, в разорванной блузке. Большая капля крови набухла на ее ключице и сползла на грудь.
«Бежать немедленно!» - подумал Арсений Петрович.
«Никуда не денется…», - подумала Наташа.