?

Log in

No account? Create an account

January 4th, 2019

а вот еще был случай

ПОТАНЦУЕМ?

- Потанцуем? – Женя подсел к девушке, которая одиноко примостилась на краешке дивана.
Он пришел в гости один, потому что был в ссоре со своей нерасписанной женой Полиной. Но гостей как раз было четное количество. Четыре на четыре, так что все хорошо.
Девушка едва повернула голову и поглядела на него холодно и недовольно. Потом даже не покачала головой, а одними глазами, чуть прикрыв их и отведя взгляд, дала отрицательный ответ.
Он вздохнул, встал, прошел через танцующую компанию на кухню. Обернулся. Девушка все так же каменно сидела, положив руки на колени и глядя прямо перед собой. Ее лицо было похоже на скорбную театральную маску: кончики губ книзу, между бровями вертикальные морщинки.
Он знал, кто она. Ее звали Кира, она была с соседней кафедры. Один раз они, кажется, пили кофе за одним столиком в буфете. Кажется, даже поговорили. Расписание, отчеты, всё такое. Она тогда показалась ему красивой. Она и сейчас была ничего себе, если бы не тоскливо-надменное выражение лица. Ну и ладно. Наплевать. Надо выпить, а потом поехать домой, с женой мириться, раз тут не обломилось. В кухне должна быть кошелка с вином, которую он лично принес.
В кухне он наткнулся на Юру Грунского, хозяина квартиры.
- О, - сказал Грунский. – Вот и ты. Это класс. Слушай меня. Ты можешь с этой дурой что-нибудь сделать?
- Что?
- Да что хочешь. Чтоб она не сидела с кислой рожей. Она меня раздражает! Пусть танцует, пьет, хохмит. Или пускай валит.
- Блин. А зачем ты ее пригласил?
- Мудак был. Она сама напросилась. Мы стоим с Котей, договариваемся. А она вдруг: «Позовите меня тоже». Так внезапно. Кто она мне, всем нам? Даже странно. Рожа такая грустная. Я сказал: «Ну, приходи». Минутная слабость, типа.
- Ну и?
- Вытури ее, а? Выгони к херам! Или развесели. Сделай что-нибудь! Не могу!
- А почему именно я? – обиделся Женя.
- А потому что ты все равно один пришел! – тихо засмеялся Грунский. – Она тоже одна. Я с Ларкой, Костик с Балясиной, Куня с Аликом, так что она твоя! Вперед, не плача!
Ткнул его в плечо и убежал.
Хорошо.
- Кира, - сказал Женя, снова усевшись рядом с ней. – Что ты скисла? Давай веселиться. Мы будем петь и смеяться, как дети! Попробуем потанцевать. Не умеешь? Не беда! Пойдем на кухню, винца попьем. Или в ванную, а?
- Зачем в ванную? – она на полном серьезе нахмурилась.
- Поплаваем немножко.
- Отстань, - буркнула она. – Глупо шутишь!
- Хорошо. Тогда серьезно. Кира, у тебя что-то случилось? Что ты как на похоронах любимой тети?
- Чего тебе надо?
- Веселись, - повторил он. – Пей, пой, прыгай. Можешь, хочешь, будешь? Тогда вперед. Полминуты на перевстряску. Или уматывай. Я серьезно говорю. Я тебя провожу. На такси до дома. Решай.
- Спасибо, - мрачно сказала она и встала с дивана.
- Юра! – крикнул Женя хозяину. – Мы с Кирой пойдем прогуляемся.
Они стояли на остановке троллейбуса.
- Может, сама доедешь? – спросил Женя.
- Ты обещал, - сказала она.
- Ладно.
Она жила далеко и неудобно.
Попросила довести ее до квартиры. Женя оставил такси ждать.
***
Дверь в квартиру была открыта. Кира приложила палец к губам и на цыпочках вошла в дверь. Женя пошел за ней следом. Там была нищая и захламленная комната: коробки, сломанное кресло, сдохшие цветы на окнах, диван, покрытый дырявым пледом. Из другой двери вышел жирный мужик лет сорока-пятидесяти, в пижаме. Под мышкой у него, свисая с полусогнутой руки, торчал сонный годовалый ребенок, пялил серые глазенки.
- Ну? – заорал мужик. – Нагулялась-натаскалась? Наблядовалась? Кому морду бить? Тебе? Или хахалю твоему? – он повернулся к Жене
- Не бойся, - сказала Кира. – Он только орет, а драться не умеет и не любит. Он сам боится в морду получить.
- Чтоб ты сдохла! – заорал мужик. – Мальчик три раза обосрался!
- Сам ты обосрался, - злобно сказала Кира.
- Сука! – закричал мужик и попытался ударить Киру ребенком по голове.
Она увернулась. Он закрутил ребенка у себя над головой, как городошную биту. Женя выхватил у него ребенка, прикрыл рукой. Ребенок даже не заплакал.
- Тебе лучше отсюда уехать, - сказал он Кире.
- Сейчас, - сказала она. – Я только соберусь.
Она собралась очень быстро, как в кино или во сне. Полминуты пометалась по квартире, вжик-вжик – и уже стояла с двумя сумками и рюкзаком за плечами.
Спустились вниз, сели в такси. Таксист спросил адрес. Кира вопросительно посмотрела на Женю.
- То есть в смысле? – он не понял.
- Ну ты же сказал, что ты меня увозишь, - сказала она.
- Э, нет! – возразил он, пересаживая ребенка ей на колени. – Я просто посоветовал тебе уехать. А остальное ты сама. Говори, куда.
- А мне некуда, - сказала она.
- Куда едем? – снова спросил таксист.
Женя назвал адрес. Это была его собственная квартира. Досталась от бабушки. Он там жил с Полиной, своей нерасписанной женой.
- Это у тебя папа или муж? – спросил Женя про того мужика. – Дядя или отчим?
- Не важно! – сказала Кира.
Ну, не важно так не важно.
***
- Красота! – сказала Полина, когда они с сумками и с ребенком ввалились в квартиру. – А мне, значит, выметаться? Предупредил бы хоть!
- Ты что! Ты что! – Женя покраснел и стал ее хватать за руки, пытаясь погладить и приласкаться. – Это Кира с соседней кафедры, у нее семейные угрозы, она буквально ненадолго. Вы ведь ненадолго?
Полина выдернула руки и тоже посмотрела на Киру.
- Посмотрим, - сказала Кира и как будто пригрозила: – А если вам неудобно, то я могу уйти прямо сейчас!
И повернулась к Жене и Полине своим трагически каменным лицом.
- Ну, разбирайтесь сами, – сказала Полина, быстренько переоделась, накрасилась и ушла, дверным замком щелкнула, даже не попрощалась.
- Располагайся пока, - сказал Женя. – Вот тут свободная комната, бывшая дедушкина. А я пойду проветрюсь.
Вышел из квартиры и вспомнил, что у Юры Грунского сейчас гости. Правда, для него пары нет, ну и неважно. Выпить можно будет. Тем более что он целую кошелку вина принес, имеет право.
На метро доехал буквально за полчаса.
Боялся, что они уже по комнатам расползутся. Но нет, музыка-танцы, дым коромыслом, привет-привет и все такое.
Зашел в комнату, а там на диване сидит Полина. Нога на ногу, с бокалом и яблоком. Вот это да!
Налил себе вина, выпил. Подсел к ней.
- Потанцуем?
- А то! – она засмеялась, встала, положила ему руки на плечи.
Он притянул ее к себе. Они поцеловались.
Было весело и шумно, было прекрасно, было про всё забыть и радоваться жизни. Когда они под утро вернулись домой, никакой Киры там не было.
Юрка Грунский тоже ничего не помнил. А соседнюю кафедру слили с какой-то другой и перевели в новый корпус, на Калужском шоссе.