July 7th, 2020

Драгунский

литературная учёба

КАРЕНИН И ДОЛЛИ, СЕРИАЛЬНЫЙ ДИАЛОГ.

Недавно известный сценарист и педагог Александр Молчанов объяснил, что сериалы скорее слушают, чем смотрят. Это вам не прокатный фильм, где вы загнали зрителя в зал, погасили свет, закрыли двери – и он волей-неволей вынужден пялиться в экран и переваривать ваши паузы, умолчания, лаконизмы и прочие красоты подтекста.
А вот когда человек смотрит сериал, он может отойти за чайником, отвернуться, чтобы взять из холодильника пиво, и т.д. В общем, сериалы «смотрят спиной», если можно так выразиться.
Поэтому надо поменьше играть лицом и жестом, а побольше говорить.
Далее, в диалогах нужно всё время напоминать зрителю о том, что было раньше, потому что не все зрители смотрят с самого начала. Кто-то может пропустить серию, и не должен от этого потеряться в сюжете.

А ведь верно!
Поэтому вот вам сериальный диалог из «Анны Карениной». Эпизод, где Долли просит Каренина простить Анну.
***
ДОЛЛИ: Алексей Александрович, как дела? Я слышала, что у вас неприятности в комиссии по делам переселенцев?
КАРЕНИН: Дела мои - материя скучная. Мой сотрудник господин Стремов взял неприятную манеру слишком досконально выполнять все мои распоряжения. Это порой приводит к печальным результатам. Он хочет тем самым опорочить меня, он интриган! И это вдобавок ко всем моим неприятностям!
ДОЛЛИ: Видите, Алексей Александрович, значит, вы тоже знаете, что такое страдать! Ваше сердце знает, что такое истинное горе!
КАРЕНИН: У каждого своего горя достаточно.
ДОЛЛИ: А как страдаю я!
КАРЕНИН: Да-с, Дарья Александровна. Я помню, что вам изменил муж.
ДОЛЛИ: О, да! И как ужасно, низко, грязно, скверно, подло! Изменил мне, матери его детей, с гувернанткой этих самых детей! Наших детей! Конечно, я уже стара, я увяла и пожухла, а ему только и надо, что молоденьких.
КАРЕНИН. Припоминаю, был большой скандал. В свете даже появился такой мем: «Все смешалось в доме Облонских».
ДОЛЛИ: Не смейтесь надо мной!
КАРЕНИН: Помилуйте, ежели я и смеюсь, то только над вашим скверным супругом.
ДОЛЛИ: Но я простила его! Во имя детей и семьи. Отчего бы вам не простить Анну? У вас ведь сын Сережа, он так тоскует без матери.
КАРЕНИН: Не надо мне подавать советов! Лучше задумайтесь, что моя супруга - родная сестра вашего безнравственного мужа! Нет ли тут чего-то врожденного? Генеалогически предопределенного, так сказать?
ДОЛЛИ: Но вы же любите Анну!
КАРЕНИН: Пустое! Я всего лишь выполняю обязанности главы семьи.
ДОЛЛИ: Она так прекрасна! Неужели вы не были в нее влюблены хотя бы поначалу?
КАРЕНИН: Влюблен? Ну, что вы! Послушайте меня, я расскажу вам свою историю. Получив крупное назначение в один небольшой город, я обнаружил в этом городе всего один интеллигентный дом. Там меня ласково приняли, часто звали в гости, и я простодушно приходил обедать, не подозревая подвоха.
ДОЛЛИ: Подвоха? О чем вы?
КАРЕНИН: Ах, это старая уловка! Анна жила там на положении бедной родственницы, ей было едва восемнадцать. Её тетушки сумели меня убедить, что я своими визитами скомпрометировал девушку, и теперь обязан на ней жениться, как благородный человек. Так что я был вынужден либо уезжать из города, либо делать предложение. Увы, я выбрал последнее.
ДОЛЛИ: Но почему увы?
КАРЕНИН: Потому что она изменила мне с господином Вронским! Что он такое, кстати? Расскажите мне о нем подробнее!
ДОЛЛИ: Полковник, блестящий офицер. Граф. Красавец. Спортсмэн, как говорят англичане. Увлекается скачками, держит конюшню. Его мать имеет на него большое влияние, хочет выгодно его женить. Но самое главное - он моложе Анны!
КАРЕНИН: Ха-ха! Вы не находите, что в манерах вашего мужа и моей супруги есть нечто общее? Нет, недаром они брат и сестра! Вашему мужу понадобилась молоденькая гувернантка, а моей супруге - молоденький офицерик! Ха-ха-ха-ха!
ДОЛЛИ: Господин Вронский был женихом нашей Кити, то есть моей сестры Екатерины, которая сейчас в малой гостиной объясняется с господином Лёвиным.
КАРЕНИН: Это тот помещик, который занят нравственными исканиями и медвежьей охотой? Мы с ним сидели рядом за обедом.
ДОЛЛИ: Да, это он. Чистейшая, честнейшая, добрейшая душа.
КАРЕНИН: Рад за вашу сестрицу.
ДОЛЛИ: Однако я еще раз умоляю вас - простите Анну!
КАРЕНИН: Оставьте. Я столько пеле- педе - перестрадал! Одна лишь графиня Лидия Ивановна мне опора! Вы с ней знакомы?
ДОЛЛИ: Милейшая дама.
КАРЕНИН: Вот видите! А вы мне тут все время – Анна, Анна… Кстати, она в последнее время полюбила гулять по железнодорожным платформам…

***
... и главное, зритель постоянно в курсе!