July 22nd, 2020

Драгунский

литературная учёба

МОСКОВСКАЯ ДРАМАТУРГИЯ

Знаменитый советский сценарист Евгений Габрилович (1899 – 1993) рассказывал.
В какой-то очень круглый день своего рождения, возвращаясь из ресторана, он дал пять рублей молодому лифтеру (лифтерами тогда называли консьержей), который дежурил в подъезде. Целых пять рублей. Синенькую! Вот просто так!
- Ну что вы, Евгений Иосифович, зачем это? – спросил тот.
- В честь моего юбилея! – сказал тороватый Габрилович.
- Ах, ах, минуточку! – сказал лифтер.
Он сунулся в свою комнатку около лифта и достал какую-то книжечку.

Надписал и преподнёс Габриловичу сборник своих стихов, недавно изданный в Париже.
Как рассказывал Габрилович – «я прямо ахнул!»
***
Это, как утверждают мои друзья, а также соседи Габриловича по дому и подъезду – был поэт Александр Васютков. Он был из бывших СМОГистов. СМОГ (расшифровывается «Смелость мысли, образная глубина») было такое неофициальное литературное движение, просуществовавшее четырнадцать месяцев – с февраля 1965 по апрель 1966 года, жестоко раздавленное властями: обыски, увольнения, высылки, психушки. Поэта Васюткова избили какие-то якобы «простые московские парни», когда он шел с плакатиком, на котором была строчка Хлебникова: «Русь! Ты вся – поцелуй на морозе».
***
В рассказе Габриловича одна неточность: сборник был все же не в Париже изданный, а в Москве, то ли в 1985, то ли в 1989 году.
Наверное, про Париж великий сценарист Габрилович придумал для красоты.
***
Вот такой очень сценарный эпизод.
Однако ничего особо замечательного в литературной судьбе поэта Васюткова не было. Этот эпизод ничего не переломил в его жизни. Как и в жизни Габриловича.
Габрилович так и продолжал – вернее, уже заканчивал – блестящую жизнь знаменитого сценариста, обласканного и зрителями, и правительством. А Васютков так и остался безвестным поэтом. Кажется, он жив (1946 года рождения) и даже получил медаль «Ветеран труда».
Но все равно очень сценарно.
Хотя и не закончено.
Но никуда не денешься - московская драматургия, она вся такая.
На сплошных недосказанностях. Очевидно, Чехов повлиял.