clear_text (clear_text) wrote,
clear_text
clear_text

Categories:

Чистое кино. Разные разы. Одно общее слово

ИЗ МЕТРО И В МЕТРО

 

У нас была вроде домработницы, приходящая помощница Любовь Алексеевна. Похожая на фотографии тридцатых годов. Желтая завивка и кокетливый зеленый взгляд. Всегда смотрела чуточку сбоку, в три четверти.

Рассказывала:

- У меня папа портной был. Знаменитый. Он на горбатых костюмы шил. На косоруких, или у кого плечи разные. А как шил! Сидело, как влитое.

- Папа плясать любил. Один раз так плясал, что у него сердце оторвалось. Когда вскрытие делали, оно прямо в желудке лежало, оторванное.

- Очень хочется в кино сняться. Конечно, не в главной роли и даже не в эпизоде.Но в массовке тоже не хочется. А вот, например, так – дама выходит из метро.

 

Из метро.

А теперь – в метро.

 

Еду в метро, от «Маяковской» к «Аэропорту». В вагоне тесно, но не очень. Осматриваюсь. В проходе спиной ко мне стоит как бы типа вроде бомж. Ну хорошо, не бомж, а очень потерто одетый человек. Поношенное пальто. Сбитые зимние ботинки. Вылинявшая ушанка, одно ухо свешивается. Очки с толстыми стеклами. Кажется, дужка укреплена аптечной резинкой.

Этот человек стоя читает растрепанную книгу. Близко поднеся ее к глазам. Более того, острым огрызком карандаша делает пометки между строк.

Мне стало интересно. Что нынче читает российский бомж? Что он там себе подчеркивает?

Я протиснулся поближе, заглянул через плечо, и мне слегка поплохело.

Бомж читал Пиндара. На греческом, естественно.

Из последних сил я скосил глаза на его лицо, и меня отпустило.

Это был Михаил Леонович Гаспаров.

 

Тоже чистое кино, кстати.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments